Непредсказуемость лавин и камнепадов

22 января этого года СМИ сообщили об одновременном сходе 14 лавин в районе Транскавказской магистрали (Военно-Грузинская дорога)! Ничего не было сказано о пострадавших или о разрушениях. А ведь нередко лавины и камнепады наносят значительный ущерб хозяйству, не говоря уже о человеческих жертвах. Бывая на протяжении нескольких десятилетий в районе Большого Кавказского хребта, автор этих строк не раз видел сходы лавин и их последствия.

Чудесное спасение

 

Впервые я узнал о лавинах еще в детстве, когда прочитал роман М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени». В этом романе Максим Максимыч спрашивает: «Что, были ль обвалы на Крестовой?». А осетин-извозчик отвечает: «Не было, господин, а висит много-много...». Истинный смысл этих слов я осознал после того, как с моим дедом произошел воистину чудесный случай.

Обосновавшись близ Пятигорска, он иногда наведывался к своим братьям. Один из них жил в Тбилиси. Дед ездил к нему обычно автобусом по Военно-Грузинской дороге. Однажды, находясь в Грузии, он сообщил родным в письме о дате своего возвращения. Однако в назначенный день не прибыл. Встревоженная жена (моя бабушка) поехала на автовокзал, где ей сообщили, что автобус с пассажирами рейса Тбилиси-Пятигорск был сброшен лавиной в пропасть, и надежд, что кто-либо уцелел, нет никаких!

Трудно представить ее радость, когда в тот же день вечером от «воскресшего» деда пришла телеграмма, в которой он сообщал, что задерживается в Тбилиси еще на несколько дней. Приехав домой, дед поведал о случившемся. Он опоздал на обратный автобусный рейс, поскольку брат устроил отвальную с большим количеством гостей и вина. Поэтому возвращаться домой пришлось уже поездом. Узнав о том, что случилось с автобусом, на который у него был куплен билет, дед, до того не веривший в Бога, немедленно отправился к другому своему брату — настоятелю Пятигорской Скорбященской церкви отцу Александру. Брат тут же отслужил благодарственный молебен «во спасение раба Божьего Михаила» (так звали моего дедушку).

За любовь — смерть!

Западный Кавказ своей первозданной красотой превосходит итальянские, швейцарские и австрийские Альпы. Через Домбайские перевалы Клухор, Алибек, Хакель и другие ежегодно к Черному морю идут многочисленные туристские группы. Каждую из них сопровождает опытный проводник-инструктор.

К одной из московских групп прикомандировали грузина по имени Гиви. Загорелый, широкоплечий, мускулистый, он своими бравыми альпинистскими песнями под гитарный аккомпанемент пленил не одно женское сердце. Не устояла и студентка Лена — стройная зеленоглазая блондинка. Она влюбилась в инструктора с первого взгляда. Пока группа проходила положенную акклиматизацию, отдыхая на турбазе, Гиви по просьбе девушки взял над ней индивидуальное шефство, сопровождая ее то к Бадукским озерам, то на Чучхурские водопады.

Перед самым выходом группы на маршрут влюбленные решили провести ночь вдвоем в одном из живописных ущелий недалеко от турбазы. Но на другое утро Гиви и Лена не вышли к завтраку. Кто-то вспомнил, что под вечер видел молодых людей на тропе, ведущей в горы. Команды горноспасателей энергично начала розыски. Через несколько часов поисковые собаки раскопали под снежной лавиной погибших. Они лежали обнявшись в спальном мешке, и, казалось, уснули. Коварная лавина сошла именно в том месте, где стояла их голубая палатка. Ребят похоронили на кладбище погибших альпинистов недалеко от Алибекского ледника. Гиви и Лена не были альпинистами, но заплатили жизнью за свою любовь, поэтому удостоились лежать рядом с покорителями вершин...

Спастись помогло мужество

В середине 60-х годов прошлого века в местечке Хейлигенблют (Австрийские Альпы) 26-летний машинист на подъемнике канатной дороги Герхард Фрейсег-гер попал в лавину ночью. Он ночевал в маленькой горной хижине со своим товарищем по работе, когда начался сильный буран. Около двух часов ночи оба проснулись от ужасных завываний ветра. Хижина ходила ходуном. Вдруг раздался страшный грохот, и хижина рассыпалась, как карточный домик, а Герхарда придавило к матрасу снегом.

Инстинктивно он успел закрыть рукой лицо. Это позволило ему дышать, так как между рукой и ртом осталось пространство. Ноги у Герхарда были скованы снегом, но ему удалось освободить вторую руку. Скоро буря утихла, и он услышал стоны погибающего товарища. Увы, ему Герхард ничем не мог помочь!

Постепенно Герхард освоился в своей снежной могиле и принялся руками откапывать себя. В какой-то момент он услышал голоса над головой! Это пришли горноспасатели. Герхард кричал до хрипоты, но его не слышали, поскольку крики погребенного в лавине не могут пробиться сквозь толщу снега... Спасатели ушли. У парня немели ноги, но он не потерял присутствия духа. Пел песни, сочинял стихи, просто считал, даже строил планы на будущее.

Откапывая сам себя

Герхард все время разгребал снег — сначала руками, а потом попавшейся щепкой. С каждым днем он слабел. Еды не было никакой, но снег утолял жажду. Как-то он снова услышал голоса людей и снова позвал их, но и на этот раз его не услышали. Но тут он увидел, что снег перед его лицом начал просвечивать! Проткнул снег щепкой, и на него хлынул поток холодного воздуха! Теряя сознание, Герхард заставил себя ползти вперед. И снова послышались чьи-то голоса. Тогда он высунул вверх руку и — о чудо! — проходившие лыжники увидели ее!

Врачи с трудом отходили Герхарда. Ноги у него были отморожены настолько, что их пришлось ампутировать. У парня было воспаление легких, и он потерял в весе 32 килограмма. Но все же поправился. Когда его спросили, что он думает о продолжительности своего пребывания под снегом, Герхард ответил: «Три месяца». А оказалось — две недели. Самое удивительное в этой истории, быть может, то, что после выздоровления Герхард, освоив протезы, опять вернулся в свои любимые Альпы. Он стал работать на горно-спасательной станции телефонистом.

Удар по грузовику

Сход лавин в горах часто сопровождается могучими камнепадами, а то и селевыми (грязь вперемешку с камнями) потоками. Обычно это происходит после сильных дождей. В молодые годы я увлекался альпинизмом, путешествуя по кавказским и крымским дорогам на мотороллере «Вятка». Маленькая двухколесная машина с мотором мощностью всего 5 лошадиных сил возила меня с рюкзаком и палаткой и никогда не отказывала. На крутых горных серпантинах я не раз видел роскошные иномарки и отечественные автомобили с перегретыми и заклиненными двигателями. Водители иных плакали от отчаяния. Мой «ослик» ни разу не перегрелся и спокойно проходил самые затяжные подъемы.

Однажды, возвращаясь из Домбая, я попал под сильный дождь. Изрядно вымок, замерз. Миновав один из участков пересечения дороги с крутым горным спуском, остановился перекурить. Внезапно раздался нарастающий свистящий звук, переходящий в грохот, и не далее чем в 200 метрах позади меня, клубясь, промчалась лавина! Мысленно поблагодарив Бога за то, что уберег меня от смерти, я продолжил путь. То, что произошло буквально через минуту, до сих пор вызывает у меня дрожь при воспоминаниях. Странный шелестящий шум, перекрывающий гул мотора, донесся откуда-то сверху. Он нарастал. На всякий случай я прижал мотороллер к скальному выступу дороги. И вовремя. В те же секунды на автомагистраль с грохотом посыпались камни! Крупные и мелкие — они, словно мячи, обгоняли друг друга, уносясь вниз. Неожиданно из-за поворота дороги выскочил грузовик с прицепом. Один из крупных камней с силой снаряда ударил в прицеп, который оторвало и мгновенно сбросило в пропасть! Сам автомобиль, потеряв управление, зигзагами мчался по шоссе, а затем, сбив невысокий поребрик, стал валиться в пропасть. Однако в последнее мгновение шофер сумел, открыв дверцу, выпрыгнуть на дорогу.

Водитель подбежал ко мне. Он был бледен, как полотно, и попросил быть свидетелем случившегося. Оказалось, что он 17 лет проработал на горных дорогах Кавказа. Не раз попадал в камнепады, но все обходилось.

Юрий ТУЙСК